Структура родительского отношения и его динамика в онтогенезе ребенка

На протяжении всего развития психологической науки актуальность проблематики детско‑родительских отношений остается неизменно острой. В отечественной психологии исследования детско‑родительских отношений носят в основном узко‑прикладной характер и в большинстве случаев не выходят за рамки психотерапевтического подхода. Психотерапевтами, клиническими психологами и консультантами накоплен огромный опыт работы с проблемами детско‑родительских отношений, который зачастую получает достаточно эклектичную интерпретацию с позиций западных направлений.

Среди используемых методов диагностики родительского отношения преобладают либо клинические методики (например, «АСВ» Э. Г. Эйдемиллера), либо западные аналоги, адаптированные для отечественной выборки («PARI» Шафера, «FAST» Геринга и т.п.). Последние десять лет наиболее известным и используемым методом диагностики особенностей родительской позиции по отношению к конкретному ребенку является опросник родительского отношения, разработанный в 1986 году А. Я. Варгой совместно с В. В. Столиным. Однако при всех своих достоинствах методика нуждается в некоторой доработке: в ней нечетко дифференцированы друг от друга и недостаточно научно обоснованы выделенные авторами пять шкал родительского отношения. Некоторые формулировки вопросов подталкивают родителя к выбору социально желательных ответов (например, «Я уважаю своего ребенка») и к игнорированию социально неприемлемых вариантов ответов («Бывают случаи, когда издевательское отношение к ребенку приносит ему большую пользу», «Мой ребенок совершает такие поступки, которые, кроме презрения, ничего не стоят»). Также необходимо отметить, что этот метод имеет в своей основе динамическую двухфакторную модель родительского отношения, предложенную Шафер и Белл (Schaefer, Bell, 1969), где основными факторами являются эмоциональный (любовь–ненависть или принятие–непринятие) и поведенческий (автономия–контроль). Сочетание этих факторов, на наш взгляд, не отражает всей полноты и сложности родительского отношения, а термин «принятие», традиционно используемый для описания родительского отношения, явно недостаточен для характеристики глубины и напряженности родительской любви.

Родительское отношение описывается в разных психологических школах в весьма различных понятиях и терминах. Вместе с тем практически во всех подходах можно усмотреть исходную дихотомию, которая задает двойственность, или поляризацию, родительского отношения. С одной стороны, главной характеристикой родительского отношения является любовь, которая определяет доверие к ребенку, радость и удовольствие от общения с ним, стремление к его защите и безопасности, безусловное принятие и внимание, целостное отношение к нему. С другой стороны, родительское отношение характеризуется требовательностью и контролем. Именно родитель является носителем общественных норм и правил, оценивает его действия, осуществляет необходимые санкции, которые обусловлены определенными родительскими установками. Несмотря на различие в терминологии (удовольствие и реальность, любовь и контроль, безусловность и условность и т. д.), эта двойственность прослеживается в большинстве описаний родительского отношения, представленных в классических западных теориях.

Исходя из вышесказанного, можно предположить, что данные амбивалентные характеристики отражают реальную, объективную двойственность родительской позиции. С одной стороны, это безусловная любовь и глубинная связь, с другой – это объективное оценочное отношение, направленное на формирование ценных качеств и способов поведения. Наличие этих двух противоположных начал характерно не только для родительского отношения, но и для межличностных отношений вообще (Смирнова, 1994). Другой человек выступает, с одной стороны, как совокупность отдельных качеств, которые могут стать предметом оценки, сравнения, познания или воздействия, с другой – он является самоценной и целостной личностью, не сводимой к частным проявлениям. Если первый аспект задает границы себя и другого, порождает обособленность и отдельность, то второй – создает общность и причастность друг к другу. Эти два начала, которые можно обозначить как предметное и личностное, не являются разными типами или формами отношений. Они образуют два момента, в определенной мере присущие каждому конкретному отношению. Различие конкретных отношений сводится к относительному преобладанию или выраженности каждого из этих двух моментов.

Своеобразие и внутренняя конфликтность родительского отношения заключается, на наш взгляд, в максимальной выраженности и напряженности обоих моментов. С одной стороны, в силу изначального единства, глубинной связи матери и ребенка, материнская любовь является высшим проявлением альтруистического, бескорыстного, то есть личностного отношения. В силу этого она порождает устойчивую и безусловную любовь, чувствительность к состояниям и переживаниям ребенка, сильную эмоционально‑аффективную связь с ним, которая вряд ли может быть описана традиционным термином «принятие». С другой стороны, ответственность за будущее ребенка порождает оценочную позицию, контроль за его действиями, сравнение его с другими, превращая ребенка в объект воспитания. Все это предполагает реализацию более или менее жесткой воспитательной стратегии, включающей определенную направленность родительских воздействий на будущее, на формирование определенных качеств, ценных с точки зрения родителя, объективную (а порой необъективную) оценку действий и состояний ребенка и т. д.

Поскольку личностное и предметное начало имманентно присущи каждому типу родительского отношения, их можно рассматривать как его структурные составляющие. Конкретные варианты отношения могут определяться относительной выраженностью и содержательным наполнением предметного и личностного начала.

Мы полагаем, что тип родительского отношения и соотношение его структурных компонентов определяется не только индивидуальными особенностями родителей, но и возрастом ребенка. Существующие исследования показывают, что в младенческом возрасте максимально выраженным является личностное начало родительского отношения (М. И. Лисина, Н. Н. Авдеева, С. Ю. Мещерякова, Е. О. Смирнова). Отношение к младенцу как к целостной, уникальной личности, безусловное и безоценочное принятие, аффективно‑личностная связь с ним являются необходимыми условиями формирования самоощущения ребенка, выделенности его Я, становления его активности в общении и предметной деятельности. Что касается предметного начала отношений (требовательности, контроля, оценки определенных качеств, ожидания определенных действий и т. д.), то на первом году жизни оно выражено минимально.

Исходя из этого, можно предположить, что по мере взросления ребенка, нарастания его потребности в независимости родительское отношение качественно преобразуется: преобладание личностного начала сменяется доминированием предметного. Постепенно нарастают требования к ребенку, увеличиваются ожидания определенных действий, поступков, достижений, становится более дифференцированной оценка его качеств, свойств характера, развития его способностей. При этом выраженность личностного начала будет снижаться, хотя оно никогда не исчезает и всегда остается важной составляющей родительского отношения.

Мы полагаем, что характер родительского отношения, который определяется преобладанием у родителя предметного или личностного начала, определяет стиль его поведения с ребенком и оценку ребенка родителем. По‑видимому, преобладание личностного начала будет проявляться в сочувствии, желании помочь, в сопереживании ребенку и в ориентации на его психологический комфорт, в отсутствии конкретных ожиданий и требований родителя к ребенку, в безоценочном отношении к ребенку, в то время как преобладание предметного начала предполагает наличие определенных требований родителя к ребенку, внешнюю оценочную позицию родителя, достаточно жесткую стратегию поведения родителя, направленную на воспитание ценных, с его точки зрения, качеств ребенка.

Мы понимаем стиль не как определенную стратегию воспитания, а как сочетание различных вариантов поведения родителя, которые в разных ситуациях и в разное время будут проявляться в большей или меньшей степени. Такой подход позволяет построить своеобразный профиль родительского поведения, который отражает наиболее характерный стиль воспитания как в индивидуальном случае для конкретного родителя, так и для группы родителей, имеющих детей определенного возраста.

Традиционным методом исследования родительского отношения является анкетный опрос родителей. Поскольку целью нашей работы было исследование родительского отношения, которое существует на уровне сознания (а не поведения), мы сочли метод анкетного опроса родителей наиболее адекватным и удобным. Для решения поставленных задач нами был разработана анкета, позволяющая выявить степень выраженности предметного и личностного начала и особенности стиля воспитания ребенка. Она включает три блока вопросов.

В первый, основной блок вошли вопросы, направленные на выяснение степени выраженности предметного и личностного начал родительского отношения. Мы предполагали, что личностное отношение будет выявляться в вариантах ответов, отражающих целостное, безоценочное отношение к ребенку, гибкость и лабильность родительского поведения (когда родитель ориентируется на состояние ребенка в конкретной ситуации), в сопереживании ребенку и в ориентации на его психологический комфорт. Поскольку личностное отношение предполагает отсутствие жесткой стратегии воспитания, мы полагали, что оно может также проявляться в неопределенных ответах («затрудняюсь ответить», «не знаю» и пр.).

Для выявления предметного отношения предлагались варианты ответов, отражающих конкретные ценностные ориентации родителей по пяти параметрам: 1) ценность общения и морального развития, 2) ценность интеллекта и умственного развития ребенка, 3) развитие воли и произвольности, 4) развитие самостоятельности и 5) ценность физического здоровья.

Второй блок вопросов был направлен на выявление преобладающего стиля поведения родителя с ребенком. Анализ литературы и личного опыта работы с родителями позволил выделить девять вариантов родительского поведения.

1) Строгий – родитель действует в основном силовыми, директивными методами, навязывая свою систему требований, жестко направляя ребенка по пути социальных достижений, при этом зачастую блокируя собственную активность и инициативность ребенка. Этот вариант в целом соответствует авторитарному стилю.

2) Объяснительный – родитель апеллирует к здравому смыслу ребенка, прибегает к словесному объяснению, считая, что ребенок равен ему и способен понимать обращенные к нему разъяснения.

3) Автономный – родитель не навязывает решения ребенку, позволяя ему самому найти выход из сложившейся ситуации, предоставляя ему максимум свободы в выборе и принятии решения, максимум самостоятельности, независимости; родитель поощряет ребенка за проявление этих качеств.

4) Компромиссный – для решения проблемы родитель предлагает ребенку что‑либо привлекательное в обмен на совершение ребенком непривлекательного для него действия или предлагает разделить обязанности, трудности пополам. Родитель ориентируется в интересах и предпочтениях ребенка, знает, что можно предложить взамен, на что можно переключить внимание ребенка.

5) Содействующий – родитель понимает, в какой момент ребенку нужна его помощь и в какой степени он может и должен ее оказать; он реально участвует в жизни ребенка, стремится помочь, разделить с ним его трудности.

6) Сочувствующий – родитель искренне и глубоко сочувствует и сопереживает ребенку в конфликтной ситуации, не предпринимая, однако, каких‑либо конкретных действий. Родитель тонко и чутко реагирует на изменения в состоянии, настроении ребенка.

7) Потакающий – родитель готов предпринять любые действия, даже в ущерб себе, для обеспечения физиологического и психологического комфорта ребенка. Родитель полностью ориентирован на ребенка: он ставит потребности и интересы ребенка выше своих, а часто и выше интересов семьи в целом.

8) Ситуативный – родитель принимает решение в зависимости от той ситуации, в которой он находится; у него нет универсальной стратегии воспитания ребенка. Система требований родителя к ребенку и стратегия воспитания лабильная и гибкая.

9) Зависимый – родитель не чувствует уверенности в себе, своих силах и полагается на помощь и поддержку более компетентного окружения (воспитателей, педагогов и ученых) или перекладывает на них свои обязанности. Большое влияние на родителя оказывает также педагогическая и психологическая литература.

Второй блок анкеты включал проблемные ситуации (например: ребенок потерялся в крупном магазине, ребенок отказывается надевать шапку в холодную погоду, ребенок боится идти к врачу, ребенок использует нецензурную лексику и т. п.), в которых родителям предлагалось выбрать наиболее приемлемый для них вариант поведения. Каждый вариант ответа соответствовал определенному стилю родительского поведения. Например:

Ситуация:

• Как Вы поступите в ситуации, когда ребенок боится идти к зубному врачу?

Варианты действий:

1. Поведу лечиться, здоровые зубы важнее детских капризов (строгий);

2. Объясню ребенку, что это необходимо для его здоровья (объяснительный);

3. Зубы болят у тебя, поэтому как ты решишь, так и будет (автономный);

4. Постараюсь помочь ему преодолеть свой страх (содействующий);

5. Скорее всего поведу, но буду переживать так же, как ребенок (сочувствующий);

6. Не знаю, мне трудно себе это представить (ситуативный);

7. Не пожалею ничего, чтобы ему не было больно (потакающий);

8. Попрошу доктора успокоить ребенка (зависимый).

Здесь необходимо добавить, что данный метод позволяет выявить особенности стратегии поведения конкретного родителя с ребенком и построить своеобразный индивидуальный профиль родительского поведения, характеризующий его стиль воспитания.

В третий блок вошли вопросы, выявляющие оценочное отношение к ребенку и к себе как к родителю. Наличие оценочной или безоценочной позиции родителя, а также качество или характер этой оценки (положительная, отрицательная или нейтральная) являются важными моментами родительского отношения.

Полученные нами данные свидетельствуют о том, что во всех возрастах, у всех родителей в их отношении к ребенку присутствует как предметное, так и личностное начало. Вместе с тем степень выраженности предметного и личностного начала значительно варьирует как внутри каждой возрастной группы, так и между ними, изменяясь от одного возраста к другому.

Наши результаты подтвердили предположение о том, что степень выраженности личностного отношения снижается с возрастом ребенка, в то время как представленность предметного отношения возрастает. Такая же тенденция прослеживается при анализе индивидуальных вариантов выраженности личностного отношения, где были выявлены группы родителей с ярко выраженным, средне выраженным и невыраженным личностным отношением. Подобное распределение данных говорит о том, что существует определенный процент родителей (около 10 %), у которых ярко выраженное личностное отношение к ребенку является устойчивым на протяжении его взросления. Таким образом, родительское поведение здесь определяется складом личности родителя – его умением любить, не требуя ничего взамен, чутким, творческим, созидающим отношением к своему ребенку, а также пониманием необходимости отделения ребенка, нахождения им своего собственного места в жизни, обретения им подлинной свободы.

У всех родителей в большей или меньшей степени выражено предметное начало, то есть все родители так или иначе предъявляют к своему ребенку определенные требования, оценивают его способности, качества; у всех родителей существует система ценностей, установок и ориентиров, каким должен быть их ребенок, какими навыками и способностями он должен овладеть к определенному возрасту. По нашим данным, в целом по мере взросления ребенка требования родителя к нему увеличиваются, что отражает реальную картину развития личности, когда общество задает новые, все более высокие требования, которым ребенок должен соответствовать, и все более высокие уровни развития, на которые он может подняться с помощью близких взрослых.

Детальный анализ родительских ценностей показал, что наибольшие изменения касаются показателей ценности интеллектуального развития, которые стремительно увеличиваются с возрастом и достигают своего максимального значения в младшем школьном возрасте. Это, естественно, объясняется началом учебной деятельности ребенка. Однако любопытно, что показатели значимости интеллекта достаточно высоки в дошкольном и в раннем возрасте. Скорее всего, это можно объяснить тем, что в последнее время ценность интеллектуального развития возросла во всем мире, а в нашей стране особенно, и родители направляют на это усилия уже с самого раннего детства ребенка. Причем ценность развития навыков общения и моральных норм во всех возрастах не является выраженной и не претерпевает существенных изменений с возрастом ребенка.

Второй по величине изменений с возрастом ребенка оказалась ценность самостоятельности. По мере взросления ребенка родители все больше сил и внимания уделяют его автономности, овладению навыками, которые позволят ему отделиться от родителей и вести самостоятельный образ жизни, быть готовым к преодолению различных жизненных трудностей.

Динамика ценности волевого развития выражена в несколько меньшей степени. Опять же любопытно, что ценность волевых качеств достаточно высока у родителей детей раннего возраста. Согласно полученным данным, родители двухлетних детей больше всего обеспокоены развитием у ребенка навыков произвольности и овладением собственным поведением. Такие результаты, наверное, можно объяснить трудностями, возникающими с соблюдением режима или в целом с проблемами послушания. Однако требования саморегуляции поведения не вполне соответствуют возрастным возможностям двухлетнего ребенка. Ценность здоровья ребенка не имеет выраженной возрастной динамики, оставаясь стабильно высокой для родителей по мере взросления ребенка.

Полученные данные свидетельствуют о том, что во всех возрастах в большей или меньшей степени присутствуют все выделенные нами стратегии поведения родителей, однако в каждом возрасте их выраженность различна. С возрастом ребенка снижается выраженность содействующего, ситуативного и компромиссного стилей родительского поведения. Выраженность объясняющего, автономного, зависимого стилей, напротив, существенно возрастает.

Интересным является факт преобладания во всех возрастах объясняющего стиля воспитания, который достигает своего максимума в младшем школьном возрасте. Начиная с двухлетнего возраста родители в основном прибегают к объяснительной стратегии разрешения конфликтной ситуации, апеллируя к разуму ребенка, считая аргументы и словесное убеждение самым эффективным способом воспитания. Причем выраженность этого стиля резко возрастает к 5 годам.

Было отмечено также увеличение показателей, характеризующих выраженность зависимого стиля (более чем в три раза!), увеличение степени выраженности автономного и снижение содействующего стиля воспитания.

К младшему школьному возрасту уменьшается число родителей, относящихся безоценочно к своему ребенку. В то же время возрастает количество родителей, отрицательно и нейтрально оценивающих ребенка. Иначе говоря, с возрастом оценка качеств и способностей ребенка все более дифференцируется и, возможно, ужесточается.

Итак, родительское отношение меняется с возрастом ребенка: личностное отношение постепенно сменяется предметным.

Характер предметного отношения существенно меняется с возрастом ребенка: возрастает значимость интеллектуального развития ребенка и овладения навыками самостоятельности, а значимость развития социальных качеств (общения, морального и этического развития) снижается.

Стиль воспитания также имеет возрастную динамику: с возрастом ребенка снижается выраженность ситуативного, содействующего и компромиссного стилей и возрастает выраженность объясняющего, автономного и зависимого поведения родителей.