Потребности и мотивы ребенка в рассказах сат

Потребности, обнаруживаемые у героя, отражают, по сути, потребности ребенка. Косвенно они проявляются в тексте через интеракции, отношения героя. Причем важно определить то, каким способом потребности героя отражают потребности самого ребенка, как они связаны с другими потребностями и их удовлетворением при помощи других людей, прежде всего значимых (матери, отца, сиблингов и др.).

В одних случаях определение способа отражения героем потребностей ребенка не представляет трудностей. Это относится к ситуациям, в которых вербальные и невербальные действия героя прямо указывают на содержание потребностей. Так, например, если герой причиняет боль или уничтожает противника, используя при этом разнообразные средства, мы можем констатировать наличие у ребенка потребности в агрессии. Или, например, обращения героя «Давай с тобой дружить», «Я хочу быть с тобой рядом, жить с тобой», включенные в контекст поиска друга, сообщают нам о потребности ребенка в объекте эмоциональной привязанности, дружеских отношениях с ним и возможной фрустрации этой потребности. Как правило, это происходит в случаях с единой для всех рассказов сюжетной линией, которая позволяет определить как предметное содержание потребностей, так и способы их удовлетворения.

В других случаях мы обнаруживаем более сложную структуру отражения детских потребностей в текстах рассказов, когда одна сюжетная линия порождает новую сюжетную линию. Детский рассказ отражает иерархию потребностей ребенка, которые представлены или автономно друг от друга, или параллельно, или взаимодействуют друг с другом, вступая в противоречие. Такие рассказы с более сложной структурой предполагают и более сложный уровень анализа и интерпретации.

Выявление определенной потребности ребенка в тексте рассказа предполагает ее характеристику через действия героя. Наиболее адекватной задаче интерпретации текстов САТ, на наш взгляд, является классификация потребностей Г. Мюррея (Соколова, 1980). Известно, что теория личности, разработанная Мюрреем, является теоретическим обоснованием Теста тематической апперцепции (ТАТ), вариантом которого является САТ. Из 20 потребностей, предложенных автором для интерпретации рассказов ТАТ, мы выделили те потребности, которые в большей степени характерны для детей дошкольного возраста и чаще всего обнаруживались в детских рассказах в контексте нашего экспериментального исследования. Характеристика этих потребностей представлена в таблице 13.1.

Таблица 13.1

Характеристика потребностей (по Г. Мюррею)

Действия героя рассказа можно обозначить как выражение определенной потребности ребенка. Анализ проективных данных показывает, что в ответах детей по картинкам САТ можно обнаружить различные признаки проявления потребностей ребенка. Мы обобщили те признаки, которые имели наибольшую частоту в рассказах детей. Рассмотрим некоторые из них в соответствии с потребностями, которые эти признаки отражают.

Потребность в любви и близости родителей

Потребность в любви и близости родителей является ведущей потребностью ребенка дошкольного возраста. Анализ проективных данных, полученных нами в ходе исследования, подтверждает положение о том, что главным объектом любви ребенка является в первую очередь мать, а потом – отец. Пол ребенка при этом роли не играет. О желании ребенка быть объектом любви, безусловного принятия и симпатии со стороны значимых людей могут свидетельствовать следующие признаки:

1. Настойчивое желание героя удовлетворить потребность в пище. Особенно здесь важно повторение темы насыщения от рассказа к рассказу. Например, «…приснился медвежонку сон… как они с мамой пошли за медом… Он наелся меду… Я два дня не ел, не могу никак наесться…» (Картинка «Медведи в затемненной пещере»). В этом фрагменте мы наблюдаем, как сон символически «позволяет» ребенку сблизиться с матерью, а мед – «получить» ее любовь. Такой фразовый фрагмент как «…я два дня не ел, не могу никак наесться» подчеркивает длительность фрустрации потребности в любви матери, а поэтому мы наблюдаем желание ребенка «насытиться медом», то есть удовлетворить потребность в любви матери.

2. Проявление героем нежелания разлуки с родителем, объектом эмоциональной привязанности, выражение протеста по этому поводу. Например, «… папочка, милый, не уходи. Мне страшно» или «Я не хочу, чтобы ты уходила, пожалуйста, останься. Я боюсь быть здесь одна…» (Картинка «Зайчонок в темной комнате»). Как правило, в таких случаях одновременно проявляются просьбы ребенка, обращенные к родителю, и страх разлуки, одиночества.

3. Изменение неблагоприятной для ребенка семейной ситуации на противоположную. Например, «Медвежонок нашел самый лучший дом, новых родителей, у которых была большая берлога, и они с ним всегда играли» (Картинка «Медведи в затемненной пещере»). Сюда же относятся ситуации нахождения новых родителей и единения с ними («Мишутка обрадовался, что у него новые родители, потому что они всегда были вместе…»). Таким образом, ребенок на символическом уровне удовлетворяет потребность в любви и близости с родителями.

4. Проявление героем страха, тревоги, опасений по поводу утраты родительской любви. Например, «…зайчонку стало очень страшно, потому что его бросили родители, он плакал, но они не возвращались…» (Картинка «Зайчонок в темной комнате»).

Кроме того, чувство приближающейся опасности («… все было хорошо, но что‑то случилось»), а также усиливающейся тревоги («… я боюсь, мне было страшно, когда чудовище приближалось…») в рассказах выявляет неуверенность ребенка в любви родителей, чувство одиночества и покинутости и, следовательно, высокую степень фрустрации указанных потребностей.

5. Усиление функции значимого для ребенка взрослого, объекта эмоциональной привязанности. Например, «Когда дочка с папой пошли гулять, папа защищал дочку от злых собак и чудовищ. Дочке не было с ним страшно…» (Картинка «Цыплята за столом»). Данный фрагмент демонстрирует нам потребность дочери в любви отца, что с точки зрения ребенка проявляется в защите, опеке с его стороны от различных неблагоприятных внешних сил.

6. Идеализация образа того родителя, потребность в любви которого фрустрирована. Например, «…мама решила устроить зайчонку праздник, чтобы ему было хорошо, напекла пирогов, купила пирожных, куклу, шариков…» (Картинка «Зайчонок в темной комнате»).

Как правило, ребенок описывает действия и поступки родителя, которые не имеют места в реальности. В данном случае мы наблюдаем символическое удовлетворение потребности ребенка. Любовь матери символизируют сладости, игрушки.

Потребность в дружеских и партнерских отношениях с родителями

Мы можем обнаружить потребность ребенка в партнерстве с родителями, когда взаимоотношения в семье в целом благоприятны. В таких ситуациях, как правило, мы наблюдаем стремление ребенка к сотрудничеству, равенству собственной позиции и позиции взрослого. Это можно рассматривать как закономерный и благоприятный вариант формирования потребностей ребенка. Интересно, что потребность в партнерских связях, как показало экспериментальное исследование, характерна исключительно для мальчиков и только в отношении отца. У девочек эта потребность не выявлена. Для них наиболее характерна потребность в дружеских отношениях с отцом. Кроме того, в благоприятной ситуации взаимоотношений с родителями потребность ребенка в дружеских и партнерских отношениях с ними выражается не так настойчиво, как это происходит в ситуациях фрустрации.

Мы выявили следующие признаки отражения указанных потребностей в детских рассказах:

1. Подчеркивание факта дружбы с родителем, демонстрация взаимных дружеских позиций. Например, «Лев (отец) кашу варил, из ложки ребенка кормил, потому что они друзья» (Картинка «Лев с трубкой»), или «…обезьяна (Я) и тигр (отец) были самые лучшие друзья в мире» (Картинка «Разъяренный тигр и обезьяна»).

Здесь мы вновь наблюдаем идеализацию отношений с родителем. Такая идеализация ярко выражена во втором примере, где на агрессивный стимул («тигр нападает на обезьяну») ребенок проецирует ситуацию дружбы.

2. Осторожное проявление собственной симпатии и демонстрация неуверенности во взаимной симпатии родителя. Например, «…мышка (Я) смотрела на льва (отца), хотела с ним поиграть… она погладила его голову очень аккуратно, чтобы он не заметил, вдруг сцапает…», или «… мышка гладила льва осторожно, он не чувствовал, она боялась…» (Картинка «Лев с трубкой»).

В подобных случаях дети, как правило, демонстрируют амбивалентность отношений с родителями. И это в определенной степени указывает на конфликтность отношений между ребенком и родителями. В данных ситуациях мы обнаруживаем опасения ребенка, связанные с возможными негативными (агрессивными) действиями родителя‑отца, и в то же время проявление симпатии в отношении угрожающего объекта. Описание благополучных, дружеских отношений героя с окружающими, сопровождающееся опасениями, тревогой и страхами ребенка, свидетельствует о том, что в реальности потребности ребенка в дружеских и партнерских отношениях фрустрированы. 3. Отражение чувства одиночества и включенный в этот контекст поиск друга. Например, «… жил‑был зайчонок *** (*** – длительная пауза) он был одинокий… вышел из дома, а там *** ежик, и он с ним подружился» (Картинка «Зайчонок в темной комнате»). Как правило, дети отражают в рассказах две ситуации: ситуацию одиночества и ситуацию дружбы, которая противопоставляется первой. В данном фрагменте ребенок демонстрирует чувство одиночества и ненужности. Активность его позиции заключается в преодолении сложившейся ситуации одиночества, что в тексте отражено как выход («вышел из дома»). Длительная пауза, возможно, указывает на поиск ребенком способа изменить эту ситуацию. Далее внешние силы, обстоятельства («…а там…») помогают ребенку обнаружить объект дружбы (ежика). Образ ежика можно рассматривать как конкретный объект любви и симпатии (мать, отец), так и обобщенный, символизирующий источник любви и симпатии (значимых взрослых или сверстников).

Потребность в позитивном исходе ситуации взаимодействия с родителями

Не получая родительской любви, ребенок стремится изменить неблагоприятную семейную ситуацию на противоположную, благоприятную. В детских рассказах это выражается в потребности в позитивном исходе. Потребность ребенка в позитивном исходе ситуации взаимодействия с родителями проявляется в динамике рассказа (от негативной, плохой жизни к позитивной, хорошей). В этих случаях, как правило, дети противопоставляют в рассказах реальную и идеальную ситуации взаимоотношения с родителями. Можно выделить следующие признаки отражения потребности в позитивном исходе в детских рассказах:

1. Позитивные изменения происходят независимо от действий ребенка. Например, «…маленького кенгуренка папа поругал за то, что он вылез из кармашка, и мама тоже не разрешила выходить на улицу *** потом они жили хорошо» (Картинка «Кенгуру с кенгурятами»). Здесь мы наблюдаем противопоставление ситуаций наказания и «хорошей жизни». Границей между реальным и идеальным является длительная пауза. Но этот фразовый фрагмент демонстрирует нам не только потребность ребенка в позитивном исходе, но и наличие наказаний ребенка со стороны родителей за нарушение им определенных норм поведения («вылез из кармашка» и «мама тоже не разрешила»). В этой ситуации имеет смысл говорить и о фрустрации потребности ребенка в автономии. «Хорошие отношения» в этом случае восстанавливаются независимо от активности ребенка.

2. Позитивные изменения ситуации, обстоятельств, происходят благодаря активности самого героя (ребенка). Например, «…жили они очень хорошо, но у них как надо не было дома…, и медвежонок ушел искать новый дом…» (Картинка «Медведи в затемненной пещере»). Данный фрагмент указывает на амбивалентность восприятия и отношения ребенка к семейной ситуации, что отражается в построении фразы: преувеличению «очень хорошо» противопоставляется «как надо не было». Причем, «как надо» можно рассматривать в значении «я хочу». Другими словами, это сообщение можно сформулировать так: «Я хочу, чтобы было хорошо, но того, что я хочу, нет». Далее следуют конкретные действия ребенка (поиск нового дома) по изменению не удовлетворяющей его ситуации. В определенном смысле мы можем говорить здесь о демонстрации ребенком жизненной стратегии, где важным образованием становится опора на самого себя. 3. Позитивные изменения происходят благодаря символическому изолированию неблагоприятной реальной семейной ситуации или родителей. Например, «…у медвежонка не было никакой семьи, его родители *** потерялись в лесу… мишутка обрадовался, что у него новые родители, потому что они с ним всегда были вместе» (Картинка «Медведи в затемненной пещере»). Отрицая существование неблагоприятной семейной ситуации, ребенок изображает новую благоприятную ситуацию. Таким образом он указывает нам на актуальность не только потребности в позитивном исходе, но и потребности в любви и внимании родителей, так как последняя может быть удовлетворена при изменении условий, когда родители станут другими («…всегда будут вместе»).

Потребность в отвержении или наказании родителей

Стремление героя отвергнуть попытки сближения (приближения) с другими, а также изоляция от окружающего мира свидетельствуют о потребности ребенка отвергнуть обоих родителей или одного из них. Потребность отвергнуть родителя (одного или обоих) указывает, кроме того, на фрустрацию потребности ребенка в любви и близости родителей. Интересно, что девочки стремятся отвергнуть или наказать родителей в два раза чаще, чем мальчики, которые, вероятно, чаще стремятся занять более активную, чем отвержение, позицию в ситуации фрустрации. В рассказах потребность в отвержении отражают следующие признаки:

1. Объединение с более привлекательным родителем против отвергаемого родителя и изоляция последнего. Например, «…папа с мишуткой не нашли маму, потому что ее нигде не было *** так и не нашли маму *** папа с мишуткой жили вдвоем» (Картинка «Медведи, перетягивающие канат»).

Этот фрагмент рассказа демонстрирует нам настойчивое желание ребенка изолировать, исключить маму из ситуации семейных взаимоотношений. Особенно обращает на себя внимание длительная пауза и повторение «не нашли маму». Пауза указывает на поиск ребенком причины отсутствия матери («ее нигде не было»), а затем на желание не объяснять это обстоятельство («так и не нашли маму»). Удовлетворение потребности в любви того из родителей, который симпатичен, и отвержение того, в чьей любви ребенок нуждается в большей степени, отражают слова «папа с мишуткой жили вдвоем».

2. Наказание отвергаемого родителя за нелюбовь к себе. Например, «Когда тигр хотел наброситься на обезьяну, вдруг налетел смерч и унес его высоко» (Картинка «Разъяренный тигр и обезьяна»).

Как правило, наказание отвергаемого родителя происходит благодаря внешним силам, силам природы, а не является результатом активности самого героя. Это различие существенно при выявлении потребности в агрессии, когда наказание родителя происходит в результате активности самого героя, его действий. При отвержении ребенком родителей мы наблюдаем: причинение объекту мести или нанесение физического ущерба (поломались кости, выпали зубы, на голове выросла шишка и т. д.), переживание объектом боли (заплакал, застонал, упал и не двигался, так было больно). Все это происходит в результате каких‑либо стихийных бедствий или случайных обстоятельств. При этом важно, создает ли ребенок некоторую дистанцию между собой и отвергаемым объектом. В данном случае дистанция выражается словом «высоко».

3. Стремление героя остаться в одиночестве. Например, «…уходи, лиса (мать), ты хитрая, оставь меня в покое» (Картинка «Зайчонок в темной комнате»). Подобные ситуации демонстрируют бессилие ребенка перед реальными семейными обстоятельствами и отношением матери. Слова героя прямо указывают на потребность наказать родителя, который является источником фрустрации его потребностей.

Потребность в доминировании над родителем

Стремление героя рассказа занять доминирующую позицию можно обнаружить не только в ситуации неблагоприятного взаимоотношения ребенка с родителями, но и в случае конкурентных отношений с сиблингами или сверстниками, а также при выраженности неприятия ребенка другими значимыми взрослыми. С одной стороны, мы можем рассматривать стремление к доминированию как вполне закономерное явление, характеризующее формирование у ребенка этого возраста стремления занять позицию взрослого. Но, с другой стороны, потребность в доминировании может свидетельствовать о фрустрации потребности ребенка в принятии родителями или сверстниками, а также потребности в любви и близости родителей при наличии конкурента‑сиблинга. Особенно это имеет смысл при выявлении в рассказах настойчивых желаний героя быть первым, препятствовать достижениям других, ограничивать других, их контролировать. В любом случае потребность в доминировании отражает, как правило, активную позицию ребенка, которая имеет позитивную направленность. Выявляя указанную потребность в контексте взаимоотношений ребенка с родителями, можно заметить, что объектом, актуализирующим ее, как правило, является отец. Причем значительно чаще для мальчиков, чем для девочек. Образ матери практически не формирует стремления ребенка к доминантной позиции. По мнению детей, «мать всегда слабее». На основе обобщения полученных нами результатов можно выделить в рассказах детей следующие признаки отражения потребности в доминировании:

1. Объединение героя с менее сильным родителем для победы над сильнейшим. Например, «…победил, конечно, медведь‑папа, он же сильный и большой, мама слабее, ну, а медвежонок еще слабее…*** но в следующий раз победили двое медведей (мама и Я), потому что их двое, они сильно тянули» (Картинка «Медведи, перетягивающие канат»).

Этот фрагмент демонстрирует достаточно типичный ответ детей. Мы наблюдаем определенную иерархию «силы‑слабости»: сильный, слабее, еще слабее. Объединение со слабым (мама и Я) позволяет ребенку занять более устойчивую и сильную позицию по отношению к сильнейшему (отцу), удовлетворив, таким образом, потребность в доминировании над ним.

2. Противопоставление физической силы или размера одного героя уму, хитрости другого. Например, «… лев был большой, но старый и глупый…, мышка смотрела на льва и боялась, но она была очень хитрая…» (Картинка «Лев с трубкой»).

В данной ситуации мы наблюдаем, как сопоставление образа большого льва и маленькой мышки, с которой идентифицирует себя ребенок, вызывает у него тревогу и страх («мышка боялась»). Следовательно, выходом, снимающим тревогу и напряжение, становится дискредитация больших размеров льва («…большой, но старый и глупый») и повышение собственной значимости и силы за счет качеств («…была очень хитрая»), которыми лев не обладает. Такой механизм удовлетворения потребности в доминировании также является достаточно распространенным в рассказах детей этого возраста.

3. Разрешение ситуации конкуренции с сиблингами: объединение с «любимым» родителем против конкурента. Например, «…медведь (отец) и медвежонок (Я) вытянули у волка (брата) веревку. Они идут и радуются, что победили волка» (Картинка «Медведи, перетягивающие канат»).

В данном случае ребенком на символическом уровне разрешается конкурентная ситуация с братом. Любовь отца символизирует веревка, которую ребенок отнимает у брата, лишая его, таким образом, отцовской любви. Но достижение доминантности над сиблингом стало возможным в результате объединения с отцом, объектом любви, и совместных действий с ним против конкурента. 4. Разрешение ситуации конкуренции с сиблингами: ограничение активности конкурента в результате опасных, угрожающих действий, направленных на него. Например, «Тигр (сестра) испугался, когда обезьяна (Я) пальму раскачивала. Тигр убежал и больше не смог трогать обезьяну» (Картинка «Разъяренный тигр и обезьяна»). Угрожающие действия героя помогают ему изолировать или отдалить конкурента‑сиблинга от объекта любви (родителя). Особенно здесь важен результат этих действий («…больше не смог трогать…»), который отражает окончательное разрешение ситуации конкуренции. В отличъие от проявления потребности в агрессии мы наблюдаем в таких случаях только лишь устрашение сиблинга без агрессивных действий.

Следует отметить, что в одном рассказе ребенка можно обнаружить проекцию нескольких потребностей, которые или представлены параллельно, или взаимодействуют друг с другом, вступая в противоречие. При этом важным является определение связи потребности ребенка с другими потребностями, а также степени их удовлетворения при помощи ближайшего социального окружения ребенка. Так, например, выявляя потребность ребенка в позитивном исходе, которая отражена в тексте как появление новых родителей, мы предполагаем, что таким образом ребенок удовлетворяет потребность в любви и близости родителей, так как реализация этой потребности возможна в новых условиях. Мы обнаруживаем две взаимосвязанных потребности: потребность в любви и близости родителей и потребность в позитивном исходе. Такая взаимосвязь и взаимодействие потребностей друг с другом, их обнаружение в различных действиях героя рассказа затрудняют четкую дифференциацию потребностей. Тем не менее выделение и обозначение потребностей важно и необходимо для того, чтобы определить внутренние конфликты ребенка.